Самарский герб и «болезнь языка»

Это странная версия. Странная настолько, что если вы твердо верите в незыблемость исторических постулатов — просто закройте страницу. Но прежде предлагаю вам разгадать простой, на первый взгляд, исторический ребус. Полагаю, что мало кто из самарцев знает, что в первом варианте самарского герба, согласно дошедшим до нас документам, специалисты из геральдической конторы хотели изобразить зеленую могилу и знак серы. Почему? Описание герба явно вызовет у самарцев недоумение:

«Могила зеленая, знак золотой, поле лазорево, а знак как видится в толковании доктурском или аптекорском, которое значит серу горячую, понеже, что в Самаре много могил и в земле множество родится серы».

Давайте версию о якобы огромном количестве каких-то захоронений на территории Самары сразу исключим, хорошо? Мы же умные люди и понимаем, что городские погосты в Самаре были явно меньше чем, например, в Казани, и не могли служить неким отличительным маркером. Да и в описании герба, строго говоря, речь идет не конкретно о Самаре, а о серных рудниках, расположенных в «Серной горе» аккурат напротив Самары на Самарской Луке. Тогда причем тут могилы? А вот ответ на этот вопрос, возможно, и даст версия, изложенная ниже. Вам уже интересно? Значит, идем дальше.

«Меря намерила, чудь начудила»

Франциск Санти.jpg

Граф Франциск Санти

Впервые серьезно созданием российской геральдики озадачился Петр Первый. 12 апреля 1722 года он назначил на должность «товарища герольдмейстера» итальянца графа Франциска Санти. К этому моменту русский царь и итальянский граф были уже знакомы. Пятью годами ранее в Амстердаме Санти приходил на аудиенцию к императору с рекомендательным письмом от ландграфа Гессен-Гомбурга, в котором содержалась просьба как-нибудь помочь графу. Но помочь итальянскому дворянину на тот момент император ничем не мог и какое-то время Санти служил при испанском дворе, а затем вновь решил попытать счастья в России.

Пару лет Санти жил в Москве без работы и за свой счет, пока наконец ближайший сподвижник императора Яков Брюс не замолвил за него словечко перед государем. И вот указ подписан и Санти, как человеку, который «особливо был для сочинения гербов», поручают масштабное мероприятие: нарисовать «гербы всех царств, королевств, княжениев и провинцей Российского империя». Санти к решению поставленной царем задачи подошел системно и творчески. Он разослал по разным городам анкету с вопросами, ответы на которые дали бы аналитический материал для создания новых городских гербов.

Работа шла трудно. Всю материальную базу Санти обеспечивал из своего жалования, а трудившиеся под его началом живописцы и переводчик не всегда устраивали итальянца. Судя по документам, художники, выписанные из оружейной палаты, просто не понимали смысла работы. Почему был недоволен своим первым переводчиком Санти — не известно, но вскоре эту должность занял другой человек — выпускник Славяно-греко-латинской академии Иван Васильевич Ардабьев. Ардабьев разговаривал на нескольких языках, разбирался в математике, риторике, поэзии, в общем был человеком даже по современным меркам весьма образованным. Именно Иван Васильевич переводил для графа Санти полученные из провинции анкеты. Об Ардабьеве известно крайне мало, но фамилия именно этого человека привлекла мое внимание и позволила построить собственную версию происхождения самарского герба.

Фамилия Ардабьев — это эрзянское или мокшанское прозвище, означающее «человек из Ардатова». Предположу, что Ардабьев принадлежал к какому-то эрзянскому роду, разговаривал, разумеется, на эрзянском языке, владел неофициальными знаниями о населенных пунктах центральной России и вполне мог дополнять присланные анкеты информацией, как сейчас принято говорить, этнографического характера.

Герб Самары Знаменный гербовник

Герб Самары в знаменном гербовнике

В 1727 году Санти обвинили в антиправительственном заговоре, арестовали и сослали в Сибирь. Иван Ардабьев скрылся, прихватив с собой часть архива. Вскоре началась работа над созданием гербов на знамена полков, расквартированных в провинциальных городах. Специалисты утверждают, что художники, работавшие над составлением «Знаменного гербовника», не выдумывали что-то новое, а использовали сохранившиеся рисунки Санти. В том же гербовнике впервые появился герб Самары.

Неизвестный известный самарский герб

Причина, по которой на гербе изображена белая коза, в наше время объясняется просто. Мол, издревле коз в самарском крае было очень много. Правда, благодаря Алабину появилось уточнение: «Надо думать, что на мысль дать Самаре в герб названное животное, хотя и фантастического цвета, навели существовавшие еще тогда в самарском крае стада сайгаков, ныне совершенно исчезнувших».

Но следуя логике Алабина, следует признать, что тогда в Сергиевске водилось много лис, в Коврове зайцев, а в Казани — драконов? В том-то и дело, что знак на гербе — это символ. И в этом символе нужно искать другие, не буквальные смыслы.

Я уже писал о том, что древний топоним Самара произошел от эрзянского названия одного из местных холмов — Сея мар, то есть «козы холм». Скорее всего, первоначально речь шла не о животном, а о тотемном знаке. Например, это мог быть тотем какого-то эрзянского рода. Эрзянские корни в названии города подтверждает ряд фактов. На итальянских картах XIV века отмечено некое поселение Самар, а именно к этому периоду археологи относят колоссальные эрзянские некрополи, расположенные на Барбошиной поляне и в районе реки Самара. А раз были захоронения, значит где-то здесь был крупный населенный пункт.

Знал ли об этом Ардабьев? Трудно сказать. Вообще-то нет никаких сведений о том, что Санти разрабатывал самарский герб. Не сохранилось опросников, присланных из нашего города, так что тут мы можем в очередной раз использовать слово «предположим». Предположим, что Санти запрос о местных достопримечательностях в Самару отправлял, ответ получил, герб или проект герба для Самары рисовал. В конце концов, обойти вниманием наш город он просто не мог — совершенно точно известно, что под руководством Санти были созданы гербы соседних Уфы и Саратова. Документов о деятельности Санти почти не сохранилось и историки вынуждено признают: «В какой мере использовал Санти присылаемые сведения для составления городских гербов? Какие городские гербы и областные гербы нарисованы под его руководством и что лежит в основе того или иного изображения, символа? На эти вопросы мы не найдём ответа в литературе, так как не сохранились или до сих пор не обнаружены рисунки гербов, сочинённых Санти».

И вот, собственно, сама версия.

Скорее всего, анкета из Самары пришла. И в ней фигурировал холм, из которого добывали серу — в то время на Самарской Луке вблизи Подгор действительно работал крупный завод по добыче серы. Ардабьев мог прочитать слово «холм» как «калмо», то есть «могила» по-эрзянски. Подивился, но оставил как есть. Теперь поставим в описание герба вместо «могилы» слово «холм» и посмотрим, что получится.

«Зеленый холм, знак золотой, поле лазорево, а знак как видится в толковании доктурском или аптекорском, которое значит серу горячую, понеже, что в Самаре много холмов и в земле множество родится серы».

Все неясности снимаются. Как я уже упомянул выше, на тот момент недалеко от Самары действительно добывалась в промышленных масштабах сера. И добывалась она в холмах, а не в горах. Ну и «холмо-гор» на Самарской Луке предостаточно. Логично? По-моему, да.

Между прочим, символику герба Сергиевска тоже не мешало бы пересмотреть, как некие знаки, символизирующие реалии местности. «В верхней части щита герб Уфимский. В нижней — золотая лисица в зеленом поле, в знак изобилия этими зверями окрестностей города». Вероятно, ранее считалось, что лисы водятся исключительно в районе Сергиевска. Я же предположу иное. «Лисьма» по-эрзянски означает «колодец, источник, родник», а энциклопедия услужливо подсказывает – город знаменит серными источниками. Кстати, недалеко от Сергиевска есть довольно большой родник, который называют Лисьим родником. Думаю, теперь вам понятно, почему.

Р.S. В 1850 году министр внутренних дел Российской Империи Лев Перовский предложил Сенату свой вариант герба будущего губернского центра. Главным элементом нового герба, по замыслу Перовского, должна была стать не коза, а рог изобилия, «изливающий» золотые монеты. Но Николай I предписал оставить Самаре прежний герб. Хотя связь между старым и новым символом была очевидной — рог изобилия связан с мифической козой Амолфеей, вскормившей своим молоком Зевса в пещере на Козьем холме.

P.P.S. Попробуйте спросить у специалиста по геральдике, почему один из главных геральдических символов — стропило применяется в геральдике с милитаристским подтекстом? Нашивка форме — шеврон — это то же стропило. Уверен, что логично эту «заковыку» вам никто не сможет объяснить. А если «стропило» — это измененные в устной передаче слова се, торо, пеле, то есть «это концы мечей», все становится понятным и ясным.

Перевод адекватно объясняет причину появление стропил на гербе города Арзамас: «Изображение стропил один над другим с соприкасающимися остриями означает военную схватку, закончившуюся победой одного из противников (того, что сверху)».

И пара ссылок. Авторы коснулись пока еще неизвестной для широкого круга исследователей темы. По всей видимости — это вершина айсберга под названием «Другая история», частью которой является самарский герб.

Поделиться в социальных сетях

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс
Комментарии для сайта Cackle