Григорий Засекин и казаки

Лодьи Засекина

Помните известную логическую головоломку для школьников – как перевезти волка, козу и капусту на другой берег так, чтобы все они остались целы, если в лодке вместе с крестьянином может поместиться только один персонаж? Чтобы никто не пострадал, человеку придется переправиться через реку 7 раз. По одной из версий, эта задача была придумана еще в VIII веке.

Спустя еще восемь веков на переправе через Волгу казаки под командованием Ивана Кольцо и Богдана Барбоши по-своему решили подобную задачку, разгромив ногайское посольство вместе с купцами из Средней Азии. Как рассказывали свидетели, казацкие атаманы предложили перевезти товар и ногайцев в два приема. И почти сразу же, разделенная рекой охрана посольства и торгового каравана была атакована казаками из засады…

К середине 16 века сначала Казань, а позже – Астрахань, были захвачены московскими войсками. В результате Волга на всем её протяжении стала подконтрольной молодому московскому государству. Но Волжский торговый путь требовал охраны. Ногайский князь Измаил обратил внимание Ивана Грозного на некоторые особенно важные пункты, где имело смысл поставить укрепленные городки. В числе прочих было названо и Самарское урочище. А охранять торговый путь было от кого. В официальной переписке посольского приказа с мурзами и князьями кочевников постоянно идет разговор о казаках, которые грабят не только степняков — достается и представителям московской власти.

В документах середины XVI века чаще всего упоминаются мещерские казаки. Это были в основном татары и мордва. Князь Курбский в записках о взятии Казани писал: «А шли мы через Мещерскую землю, где говорят на мордовском языке». После присоединения Казани казаки уже постоянно фигурируют в официальных документах. На территории Средней Волги возникает своеобразная «речная» вольница, которую спустя века и назовут «волжским казачеством». Казаки редко садились на коней — против профессиональных наездников-степняков у них в открытом бою не было шансов. Зато на воде речные рейдеры чувствовали себя весьма уверенно.

Разгром ногайского посольства, да еще на глазах русского чиновника для казаков не мог пройти даром. Они это прекрасно понимали. Чтобы загладить вину, вольные люди на том же перевозе у Соснового острова вырезали ногайский отряд, который возвращался с пленными из-под Темникова и Алатыря. Пленных ногайцев в сопровождении двух казачьих атаманов переправили в Москву. В столице пленников освободили, конвоиров повесили, а на Волгу отправили карательную экспедицию. Для казаков настали тяжелые времена. Большинство из них ушло покорять Сибирь во главе с атаманом Ермаком.

После гибели Ермака в Иртыше, его оставшихся в живых соратников возглавил Матвей Мещеряк. Казаки приняли решение вернуться на Волгу. С этого момента с Волги в Москву от ногайцев посыпались жалобы на казаков, которые зачастили с набегами на ногайские улусы. Дошло до того, что ногайский князь Урус оставил у себя в заложниках несколько московских чиновников. Почти в каждом послании кочевники просили, требовали, чтобы государь Фёдор Иоаннович увел своих казаков с Волги.

Весной 1586 года на стрелке рек Самара и Волга вырос рубленный городок. Вырос быстро, за каких-то пару месяцев. Первый самарский воевода Григорий Засекин полностью окунулся в политическую обстановку, связанную с постройкой нового города. Самара не нужна была никому, кроме Москвы. Для казаков это был объект постоянного напоминания о том, что вольной, разбойной жизни пришел конец. Ногайским мурзам была противна сама мысль о том, что «эти русские» построили опорный пункт на их исконных землях.


Владыка ногайцев хан Урус в письме, наполненном обидой, задал царю Фёдору Ивановичу сакраментальный вопрос: «А теми местами твои деды и отцы владели ли?». В ответ Фёдор Иванович через Засекина передал, вероятно, опешевшему от такой наглости Урусу: «На Самаре государь велел город поставити для их ногайских мурз бережения, что они государю пишут на волжских казаков, на воров. Что их улусы за всё громят и торговых людей побивают. И для того государь велел город на Самаре поставити, чтобы им и их улусам от казаков, от воров никакого убытку не было…».

Впрочем, наказывать казаков Москва не спешила — вольницу часто использовали в качестве наемников в различных войнах. Вот и осенью 1586 года московское правительство предложило казакам поучаствовать в войне с Персией. На казачьем кругу часть казаков во главе с Богданом Барбошей отказались от этого предложения и ушли на Яик. А Матвей Мещеряк на царское предложение отозвался и привел свой отряд в Самару.

Матвей Мещеряк

Матвей Мещеряк в раздумьях о нелегкой казачьей судьбе

Трудно сказать, насколько остро проходило обсуждение непростой для казаков дилеммы: остаться вольными людьми или идти служить московскому государю. Для Мещеряка служба не была проблемой – он уже сражался плечом к плечу с государевыми стрельцами против нукеров хана Кучума. Пересекались ли ратные пути-дорожки казака Матвея Мещеряка и государева человека Григория сына Осипова по прозванию Засекин — не известно. Но в Самарском городке эти два незаурядных человека встретились.

В один из весенних дней 1587 года где-то в Самарской крепости столкнулись казаки Мещеряка и ногайские послы. В казаках последние признали своих обидчиков, грабивших кочевья летом 1586 года. Ногаи потребовали вернуть награбленную «рухлядь». Казаки были готовы расстаться с награбленным, но за некоторую сумму. Кочевников, разумеется подобный расклад не устраивал. Начался спор, который перешел врукопашную. Победили казаки. Как потом писали в своем отчете царские послы, казаки повели себя очень некрасиво. Избивая ногаев, они материли их, рассказывали о том, что делали с ногайскими женщинами во время нападения на кочевье и, самое неприятное для всех участников драмы, кто-то из казаков ляпнул примерно следующее: «Грабили мы вас по царскому приказу. Для профилактики, так сказать. Так, что к нам претензий никаких». Возможно, избиение ногаев, сошло бы казакам с рук. Но вот последняя фраза вынудила Засекина арестовать Мещеряка и несколько особо буйных казаков, а оставшихся отправить от греха подальше в Астрахань.

Князь Григорий Засекин

Князь Григорий Засекин

Возможно, для Засекина стало неприятным сюрпризом то, что Мещеряк — не простой разбойник, а атаман, так сказать, «в авторитете» — завоевывал для царя-батюшки Сибирь. Начались, говоря современным языком, активные консультации Самары с Москвой. Что делать с атаманом и его подчиненными? Отпустить — значит разозлить ногайских послов и подставить под возможный удар Самарский городок, который на тот момент вряд ли мог выдержать серьезный штурм кочевников. Казнить Мещеряка? Но атаман, оказывается, в общем-то, и не вор, а самый настоящий герой, за которого казаки могут и спросить. Ситуация для Засекина и московских послов складывалась ой, какая не простая… И «развязал руки» Засекину сам неукротимый атаман.

По указу государя Фёдора Иоановича московское посольство отправилось вместе с ногайскими послами вниз по Волге. Указ был такой: разыскать награбленное казаками у ногайцев добро и вернуть его кочевникам. Но проплыв верст с двадцать, караван посольских судов вынужден был остановиться на зимовье где-то в Шелехметских горах.

Засекин — не простой воевода. Фактически, он первый самарский полицмейстер и пограничник в одном лице. Как принято говорить в спецслужбах, Засекин получил оперативную информацию, согласно которой, арестованные казаки подговорили охрану поднять в Самаре бунт. Руководитель московского посольства в челобитной на имя царя писал так: «Писал к нам …твой государев воевода князь Григорий Засекин из Самарского городка, что тебе государь изменили. На распросе и на пытке твоему государеву воеводе атаманы сказали, что послали весть на Волгу, Яик и Увек к атаманам и их товарищам прийти к Самарскому городку…, воеводу и всех людей побить и город сжечь. И пришед в Шелехметские горы и нас всех холопей твоих и ногайских послов побити и козну твою государь взять».

Ситуация сложилась для самарского гарнизона более чем не простая. Итак, согласно полученной информации, казаки должны были прийти на помощь Мещеряку 17 марта или в ближайшие две недели до Благовещения. Посольство в Шелехметских горах было проинформировано об опасности 19 марта. От Самары до зимовья 20 верст. Следовательно, Засекин узнал о готовящемся нападении на Самару либо 19 марта, либо днем ранее. Время стремительно сжималось!

Сейчас можно только представить, что испытывали участники этой драмы. Мещеряк с товарищами скрипели зубами в бессильной злобе на неизвестного нам предателя, который выдал план освобождения. Воевода лихорадочно думал как бы обезопасить самарский гарнизон и послов от серьезной опасности. Первое, что сделал Засекин — приказал перетащить из шелехметского зимовья в Самару государеву казну и эвакуировать ногайских и московских послов. Для этого в помощь посольскому конвою из самарской крепости были направлены двадцать стрельцов. Казну, провиант стрельцы и послы по волжскому льду перетаскали в Самару. Но тут появилась еще одна проблема: некоторые ногайские мурзы наотрез отказались не только помогать перевозить государево добро, но и вообще уходить куда-то из шелехметского зимовья. Не трудно догадаться, что думал по поводу ленивых мурз Засекин, но деваться некуда — пришлось, скрепя сердце, распылять немногочисленный гарнизон. В шелехметское зимовье во главе ныне неизвестного боярского сына были командированы двадцать стрельцов и десять намеников-литвинов.

Судьба Матвея Мещеряка была предрешена. Весной 1587 года в Самарской крепости в присутствии ногайских послов последний атаман Ермака, прошедший огонь, воду и всякие медные трубы, был повешен.

P.S. На вершину горы Ош-пандо-Нерь, что находится в Шелехметских горах, с разницей в несколько десятков лет поднимались два исследователя прошлого: археологи Капитон Невоструев и Владимир Поливанов. Оба исследователя утверждали, что, скорее всего, укрепленное городище на вершине горы некогда было занято казаками. Якобы, вокруг городища находились остатки доменных печей, огнестрельное оружие, остатки кольчуг, стремена, наконечники стрел, медные деньги, конские и человеческие кости. Может быть, казаки все-таки пришли на помощь своему атаману, но было уже поздно? Поэтому станичники в отместку вырезали в зимовье: не пожелавших идти в Самару ногайских мурз и стрелецкую охрану? Доподлинно известно только то, что в Астрахани оставшимся в живых казакам из отряда Матвея Мещеряка настоятельно рекомендовали, на все вопросы о Волге, Самаре и ногайцах отвечать: «О сих вещах ведать не ведаем, знать ничего не знаем».

Поделиться в социальных сетях

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс

Григорий Засекин и казаки: 2 комментария

  1. Уведомление: История Самары и воинский Устав

  2. Уведомление: Волжские казаки Самара

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *